ПОИСКОВИКИ В ЛИЦАХ

Петр Бусыгин

Петр Бусыгин

Командир студенческого поискового отряда «Воскресение»

   Йошкар-Ола

С 12 по 15 марта Республика Марий Эл примет у себя V Всероссийский слет студенческих поисковых отрядов, часть организации которого возьмёт на себя студенческий поисковый отряд МарГУ «Воскресение». В преддверии этого события мы поговорили с командиром СПО «Воскресение» Петром Ивановичем Бусыгиным.

Как вы пришли в поисковое движение?

В 2000 году меня пригласили поучаствовать в поисковой экспедиции. Я согласился. Первая поисковая экспедиция была в Смоленской области, как раз по следам одного из наиболее кровопролитных эпизодов - это Ржевско-Вяземские наступательные операции 1942 года. В тех операциях был потерян мой дядя, старший брат матери. Его забрали в 42 году, а в 44 году пришла похоронка. Он пропал без вести под Смоленском. А когда я попал на место, то понял, что задача очень сложная, потому что около миллиона человек потерь, и искать одного человека в полях, в воронках… До этого у меня был опыт археологических экспедиций, я был близок к истории, поэтому остался. Было видно, что я что-то могу сделать – я начал делать, и с тех пор каждый год две-три экспедиции я совершаю с 2000 года, в отдельно удачные годы – 4 экспедиции.

Какой была первая поисковая экспедиция/находка? Какая экспедиция запала в душу?

Первая поисковая экспедиция была запоминающейся, с одной стороны, с другой – тяжёлой. Это были воронки по 20 - 30 человек, были воронки до 100 человек. Всё, на что рассчитывали – это немногочисленные медальоны, некоторые из которых ещё похоронные команды открыли. Но была шокирующая правда о войне, которую я знал с парадной стороны: телевидение, кино, хроника - они всего этого не передавали, а тут я столкнулся с окопной правдой. Уже спустя некоторое время поездок, сама ситуация в экспедиции показывает, ты видишь, как человек провёл свои последние часы, минуты. При нём может быть минимум вещей, но по положению солдата, по каким-то деталям, даже сколько патронов осталось - всё видно. Вот это, наверное, и является самой яркой картиной, самой яркой находкой. При бойце может не быть ничего запоминающегося, но то, как он бой провёл, в голове остаётся.

Наверное, самые яркие экспедиции были в Мурманске. Там земля не перепахивалась, деревья не рубились, там всё находится в той ситуации, в которой было на момент боя оставлено. И это, наверное, самое сложное, с одной стороны, с другой – наиболее интересный момент, когда ты видишь: вот здесь пулемёт немецкий стоял, здесь мины, а здесь на них шло какое-то количество людей, и каждая гильза находит своё место, и ты можешь видеть картину целиком, потому что бои смещались и оставались целиковыми.

Первая экспедиция в Мурманск у меня, скорее всего, запала в душу. Это как раз опыт собирания информации в эпизод, когда ты можешь это сделать. На боях, где мы были, в Смоленске,- это перепаханные поля, очень мало укреплений, всё в основном по воронкам. Но вот с таким остатком войны я встречался редко. Вот в Мурманске это было возможно. И с тех пор я стал, может быть, внимательнее к другим местам.

Жизнь ещё не прожита, и куда выведет поиск в поиске, ещё не понятно. Может потом, когда появятся новые технологии, мне очень захочется вернуть то время. Как я понял, что поиск это навсегда?... В первой экспедиции я понял, что это надо делать. Третья — четвёртая экспедиции показали, что не каждый остаётся. Проблемы не кончаются, а люди приходят и уходят. Если у меня есть возможность, я буду работать.

Расскажите, какое у вас сложилось отношение к слётам студенческих поисковых отрядов?

Если такая форма работы будет на выходе иметь пусть даже 20-30% подготовленных поисковиков, которые приезжают не просто за яркими впечатлениями, а которые остаются как профессионалы движения, я считаю эту работу полезной. Это не для каждого, понятно, это даже не каждому историку интересно. Речь идёт о людях разных профессий. И если всё то, что мы делаем, делается для небольшого количества людей, которые дальше будут двигать дело, качественно, эффективно, развивая его, то это очень полезно. Поэтому я думаю, что слёты будут развиваться в своей форме проведения.

Расскажите, что ждёт участников на V Всероссийском слёте студенческих поисковых отрядов?

Я бы хотел, чтобы это всё-таки был обмен методиками, мнениями, и главное – был процесс налаживания взаимодействия между разными структурами, в рамках которых студенческие отряды живут. Чтобы поисковики понимали, что сюда приходят молодые люди, будущие профессионалы.

Как стать участником слёта?

Зарегистрироваться.

https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLSfytytM8eC28fA_TCRrGY83iWbeZVvxs0FMD0DDKv6aYPzcaw/viewform

Есть ли у вас поисковая мечта?

Оставить после себя хорошо работающую структуру отряда, которая бы самоподдерживалась, Существуют отряды, которые не зависят от личности командира, они хорошо работали, работают и будут работать. Если получится такую структуру создать, то я буду считать свою мечту выполненной.

ПАРТНЕРЫ ДВИЖЕНИЯ
None
Министерство просвещения
Телеканал "Победа"
Межгосударственный фонд гуманитарного сотрудничества СНГ
Росмолодежь
роспатриотцентр
РДШ
РВИО
None
Волонтеры Победы
None
Память поколений
Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации
Центральный музей Великой Отечественной войны 1941-1945 гг
«ЮНАРМИЯ» – российское детско-юношеское движение
3.	Министерство культуры Республики Крым
Портал Ветераны.РФ
Год Памяти и Славы
Росрекон